Можно ли пирсинг в школу?

РАЗГОВОР С РОДИТЕЛЯМИ

«Посоветуйте: как с ней поговорить?»

Учебный год набирает силу, и на родительских интернет-форумах растет посещаемость. Опять проблемы с детьми! Как будто вне школы, на глазах у родителей все с детьми ладно, а как только появляются внешние требования к ребенку, так начинается…
«Это мой ребенок, и будет, как я хочу!» – раздается типичный возглас современной мамы. Пусть даже ребенку уже минуло 12 лет и его психофизиологическое развитие протекает по иным, нежели «мамин хвостик», направлениям, все равно: «Я знаю, что для него лучше».
В том числе – как ему выглядеть, что носить. Ребенка «оформляют» в соответствии с собственным разумением о моде и красоте,
как будто он манекен. Любопытно, что ни в описании ситуаций, ни в комментариях других родителей простая мысль «спросите у ребенка» почти не возникает. Объект – он и есть объект…

Письмо

…Ситуация следующая: мои трое мужчин (муж и сыновья) носят одинаковую прическу: виски подстрижены, на голове «шапочка», которая на затылке треугольником сходится в небольшой хвост, тонкий, не более 2 см. Так вот учительница сказала: хвост отрезать. Причем сказала это ребенку, а не мне. Как бы решить этот вопрос, не трогая голову ребенка? Прическа опрятная, стильная, просто немного выделяется на общем фоне.
…Ребенок, 13 лет, мы сделали пирсинг. Ухо прокололи. Небольшую подковку поставили. Совершенно в глаза не бросается. Со школьной формой (черный костюм) вполне прилично смотрится. Но вот пристала учительница. Снять – и все. А характер у сына непростой, он не совсем уверен в себе. Мы и решились имидж поднять. Целый год шли к этому решению. Хочу поговорить с учителем. Посоветуйте, пожалуйста, какие аргументы привести?

– Это разве мешает? Учится нормально, одет прилично. У школы нет оснований запрещать, вы не в кадетском корпусе.
– Отстаивайте права ребенка. В отношениях с вами учитель должен понимать, что вы не та мама, которая пойдет у них на поводу, лишь бы не связываться. Говорите, что это ваш ребенок и ваш выбор. А то с таких вот пустяков и начинается беспредел.
– Надо говорить, что ребенок в 12 лет уже вполне взрослый и его выбор надо учитывать и уважать. Не их дело – цвет трусов, фасон маечки, ирокезы, татуировка, выбритый затылок, зеленые ногти… (нужное подчеркнуть).
– Требуйте устав школы. Либо украшения в школе запрещены для всех (и для мальчиков, и для девочек), либо сережка в ухе мальчика ничем не отличается от такой же у девочки. Еще ход: пусть изложат свои претензии на бумаге. И распишутся. Вот увидите, не станут.
– На жизненном пути ребенка эта учительница еще попадется не раз: в образе преподавателя в институте, кадровички, начальника на работе… и что, каждый раз давить, прессовать, бежать за уставом? Ох-ох! Ну и родители! В суд на учителя подайте, чего уж мелочиться!
– У учительницы есть какая-то внутренняя аргументация. Ну, допустим, таково ее понимание уважительного отношения к школе. Допустим, она просто консерватор. Надо ее внимательно выслушать. А потом привести свои аргументы. Если, конечно, цель – разрешить проблему, а не поставить «училку» на место. Устав и прочие жесткие меры – это последние шаги, а не первые.
– Я вспоминаю свою школу, как наша классная взяла ножницы и отстригла мальчику – класс, наверное, 10-й был – половину хвостика прямо на уроке. А наш директор (мужчина) накрашенных старшеклассниц отправлял умываться. У тех, кто приходил в школу с кольцами, эти кольца отбирал и складывал в коробочку в своем кабинете. Не знаю, отдавал ли он их родителям потом, или так они и лежат в коробочке до сих пор. Страшно даже подумать, какая судьба ждала бы в нашей школе мальчика с проколотым ухом.
– Какое унижение – менять свой образ только потому, что кто-то к тебе равнодушный этого захотел. И ведь сейчас за вашим поведением в этой ситуации внимательно наблюдает ваш ребенок! Ваша твердая позиция – урок в умении продвигать свою линию.
– Никакого унижения. Дети не на прогулку идут, а в школу. Даже если требования учителя – просто необъяснимая упертость, их следует выполнять. В противном случае полноценно учиться ребенок не сможет. Ведь он не уважает учителя!
– Если вам эта школа так важна, зачем разрешаете детям неформальный поступок? Чтобы отстоять свое желание? Лучше бы объяснили, что наши желания, пусть и, казалось бы, безобидные, как внешний вид, не всегда уместно воплощать в жизнь. Правила есть правила. Ведь им в будущем на работу ходить!
– Самовыражение тут ни при чем. Надо бы научить детей, что одежда – не то, через что самовыражаются. Подсказать другие способы. И что есть одежда (аксессуары, обувь), которую можно носить только в компании друзей, есть же одежда, которая предназначена для школы. Если ребенок различает, куда какую одежду надевают, не возникает претензий и конфликтов.

Комментарий эксперта: «Не родители, а сам подросток должен создавать свой образ»

Часто родителям представляется, что они своим 12–15-летним детям менеджеры и вправе решать все их вопросы, в том числе –
как причесываться и что носить. И уж если допускают экстравагантность в вопросах стиля, только на свой вкус. Из-за этого
у детей возникает множество проблем. Дело в том, что подростковый возраст – время, отпущенное человеку для того, чтобы он начал заниматься жизнетворчеством, чтобы испытал бодрящее ощущение оттого, что создает себя сам.

Пришла пора

Пропустить момент, когда подростка начинает волновать он сам в своем физическом и духовном воплощении, невозможно, потому что от их «тонких рефлексий» сразу дух захватывает: «Я урод… Никто меня не любит… Мне все не идет…» – чего только не навоображают о себе. Одна девочка очень быстро растет и страшно боится, что в конце концов станет слишком высокой. А мальчик, который страдает из-за формы носа, услышав от кого-то, что «нос растет у человека всю жизнь», ужаснулся: я буду наподобие Карлика-носа Вильгельма Гауфа.
И за всем этим – притязания на признание.
Конечно, идет интенсивная духовная работа в отношении определения себя. Появляется стремление быть ответственным за себя, за свои личностные качества, за мировоззрение – начинают работать сразу все звенья самосознания. Ну а на поверхности – озабоченность своей внешностью. Волнует тело, лицо. Это предметы постоянного исследования. И то попытки подражать кому-то, то поиск своей особости. То подвиги физического самосовершенствования, а то полное отрицание себя – до ненависти.
Есть «хорошие» части тела, есть «плохие» – секретные даже для себя, стыдные. Как досадно, что нет совершенства. Тут собственные физические ощущения – там социальные ожидания. Как же все сложно!
Отсюда постоянное раздражение. Родители могут услышать: «Не лезь ко мне, не прикасайся». Отсюда же и напряженность: одни горбятся, шаркают ногами, другие могут быть резкими или «развинченными» в выражении чувств, третьи могут выработать привычку всегда смотреть мимо, тусклым взглядом, как бы демонстрируя свою незаинтересованность и независимость. Потому что это непростой труд – принять себя таким, как есть, несмотря на превосходящих сверстников и на образчики совершенства из телевизора.
СМИ и кинематограф, конечно, играют тут злую шутку: натаскивают на красивые лица, и «просто люди» уже не удовлетворяют завышенным требованиям: «Там руководитель просто ужасная, старая, лет 40, шла бы на пенсию» – так подросток объясняет свое нежелание ходить в кружок. Ему, видишь ли, подавай Оксану Федорову!

Постарайтесь избежать подмены

На фоне этого факт: именно родители покупают ребенку одежду и ведут к парикмахеру. У него очень мало шансов убедить родителей доверить самому покупать вещи, а то и просто взять с собой в магазин. Ведь стоит детям предоставить самостоятельность, результат может быть самым неожиданным. Девочка проигнорирует «очаровательное платьице» и купит «ни на что не похожие» джинсы. А «платьице» станет причиной горьких слез: никто, никто таких не носит.
То же с прической: стричь волосы, не стричь, как стричь – это кому виднее?
А «восхитительный дизайн» их школьных аксессуаров: пеналов, рюкзаков, сумок, кепок – чья это юрисдикция?
Многие родители не готовы выкладывать деньги на приобретение предметов, которые им не по душе, но для ребенка желанны. Иные, напротив, во всем идут на поводу, лишь бы чадо не скандалило. Но типичная позиция – «Я прививаю ему (ей) вкус».
Эта позиция тоже небесспорна: самореализуетесь вы, а не ваш ребенок. А он-то как раз нуждается в стилистической автономности от взрослых. Правда, взрослым это труднее всего понять.
Бытует мнение, что внутренние проблемы внешнего вида может решить обязательная школьная форма. Тогда, мол, «все равны как на подбор», хотя бы и у каждой школы был свой цвет и свой набор утвержденных предметов одежды. А идеально – форма юнисекс: джемпер и брюки, рубашки «поло».
Увы-увы. Потребности возраста в асфальт (в школьную форму) не закатаешь. Вот девочка по окончании строгой школы порезала свою форму на ленты – ритуально, с огромным наслаждением. И выбросила. Теперь она ходит в университет, но каждое утро хватается за голову: что надеть? Ни подобрать, ни выбрать одежду для учебы самостоятельно она не в силах. Проблема у юноши: мама всегда следила за его внешним видом, теперь он уехал учиться в другой город и выглядит запущенным и растрепанным.
Конечно, близкие обязаны обеспечить подростку приятие и поддержку. Но при всей нашей заботе, любви и понимании каждый отрок сможет по-настоящему найти себя только сам.

Владимир КАЗАНЦЕВ,
кандидат психологических наук

1. Размышляя над описанными ситуациями, мы понимаем: всему свое время и место; у каждого своя роль. Не вы, а ваш ребенок-подросток должен работать над собой, осознавать себя как личность, создавать свой образ. Сейчас, а не «когда будет постарше». Сам, как ни трудно. Возможно – в конфликте, в противостоянии «сильным мира сего».
2. Изречение «что наверху, то и внизу» справедливо и для данной ситуации. То есть появление у подростка повышенной требовательности к своему внешнему виду знаменует и начало глубокой внутренней работы над собой. Не менее, а может быть, еще более напряженной. Причем исход борьбы за автономию и осмысленную наполненность собственной внутренней жизни имеет решающее значение для всей дальнейшей жизни человека.

Морфемика и словообразование

Соединительные гласные о, е (интерфиксы) — словообразующие аффиксы, выполняющие в слове функцию соединительных элементов. Например: паровоз, птицелов.

Окончание (флексия) — изменяемая часть слова, служащая для связи слов в предложении. Это формообразующий аффикс, так как выражает грамматическое значение. Например:

    божество, где -о — окончание существительного среднего рода, единственного числа, именительного (винительного) падежа;
    пишут, где -ут — окончание глагола I спряжения, 3-го лица, множественного числа, настоящего (будущего) времени;
    белый, где -ый — окончание прилагательного единственного числа, мужского рода, именительного падежа.

Окончание может быть материально выраженным и материально невыраженным (нулевым). Например: в слове — нулевое окончание. Ср.: у стол-а, к стол-у, за стол-ом, о стол-е.

В неизменяемых словах окончание отсутствует. Например: кашпо∅, депо∅, глядя∅, сделав∅, где∅, быстро∅, завтра∅.

Постфикс — аффиксальная морфема, находящаяся после окончания и служащая для образования грамматических форм слова (формообразующий постфикс) или нового слова (словообразующий постфикс). Например:

    рисовать картину — картина рисуется (-ся — формообразующий постфикс, служит для образования страдательного залога глагола);
    рисовать — рисоваться («вести себя жеманно»; -ся — словообразующий постфикс, служит для образования нового слова).

Среди суффиксов и приставок есть морфемы, близкие по значению, т. е. синонимичные. Например: выпить — испить, рыбак — рыбарь и т. п.

Основное отличие синонимичных морфем — стилистическое. Ср.: закричать — вскричать (за- — нейтр., вс- — книжн.); выбрать — избрать (вы- — нейтр., из- — книжн.).

В современном русском языке есть также морфемы, имеющие одинаковое звучание, но различающиеся по значению, т. е. омонимичные. Например, корни: проводник (водить) — водяной (вода); суффиксы: песчинка (единичность) — смешинка (признак, проявляющийся в малой степени).

64. Разберите слова по составу.

Образец:

    Пароходство, столица, Приморье, последовательность, продавщица, исчезнувший, заместитель, безыскусный, искусственный.

65. Выпишите слова в два столбика: а) с формообразующими аффиксами; б) со словообразующими аффиксами. Охарактеризуйте выделенные морфемы.

Образец:

66. Выделите в словах морфемы и охарактеризуйте их.

67. Сгруппируйте слова по признаку: а) с материально выраженным окончанием; б) с нулевым окончанием; в) не имеющие окончания.

68. Найдите в словах синонимичные морфемы. Чем они различаются? Аргументируйте свой ответ.

    Изгнать — выгнать; ловчий — ловец; гордыня — гордость; жизнь — житие; рыбак — рыбарь; избрать — выбрать.

69.Найдите в словах омонимичные морфемы. Укажите их значения.

    1. Прообраз — прокол; настольный — написать; приоткрыться — приблизиться; привязать — присвистывать; превознести — преградить.
    2. Писатель — двигатель — выключатель; докторша (просторен. женщина-доктор) — докторша (устар. жена доктора); стенка — закалка; писец — резец; секретарша — генеральша.
    3. Стола́ — стена; домище — поле; го́рода — города́; городишко — полюшко; топорище (ручка топора) — топорище (большой топор).

Вопросы для повторения

    1. В чём сходство и различие морфемы и слова?
    2. Что такое корневая морфема? Какова её роль?
    3. Что такое аффиксальные морфемы? Какие функции они выполняют?
    4. Приведите примеры синонимичных аффиксальных морфем. Покажите их сходство и различие.
    5. Приведите примеры омонимичных аффиксальных морфем. Определите их значения.

Олжас Касенов 63 2 года назад Эксперт в области «Кофе» АВТОР ВОПРОСА ОДОБРИЛ ЭТОТ ОТВЕТ

Можно не рисковать с администрацией школы, случаев когда «неугодных» детей репрессируют за внешний вид или высказывания очень много, лучшим вариантом будет посоветоваться со школьным психологом, как быть в ситуации, когда-то кто-то запрещает вам в школе пирсинг, туннели, яркий цвет волос и т д

НО

Даже если в уставе школы что-то прописано про внешний вид, то по закону касаться это может только формы одежды, не больше

Есть интересный случай в Карелии:

» Прокуратура установила, что локальные акты, содержащие требования к правилам приема обучающихся, к их одежде, к правилам внутреннего распорядка, не соответствовали Федеральному закону «Об образовании в Российской Федерации», приказам Минобрнауки России, а также постановлению правительства Республики Карелия. Например, школы устанавливали единственно возможный цвет парадной сорочки для мальчиков и блузки для девочек – белый. Кроме того, содержались требования к длине каблука, волосам, макияжу и маникюру, размерам сумок.

«Поскольку тем самым устанавливались необоснованные исключения из общего порядка по усмотрению советов образовательных организаций, а также завышенные требования к обучающимся, прокуратура района направила руководителям школ 17 протестов на незаконные локальные нормативные акты», – говорится в сообщении надзорного ведомства.»

Прокуратура и суд отстояли права российских школьников красить волосы и делать пирсинг. Вот, написал заметку по этому поводу:
Розовая детская революция
Самый долгожданный подарок российским детям принесли не дедушка Мороз со Снегурочкой, а суд и прокуратура: они отстояли право школьников приходить в класс в самых модных причёсках. С пёстрым ирокезом на голове – пожалуйста, с пирсингом в носу – да ради Бога, только учитесь хорошо, дорогие наши чада!
Правда, такие супер-демократичные правила существуют пока только в одном городе России, в Перми. Этот миллионник на самом востоке Европейского континента стал ареной грандиозной битвы отцов и детей. К счастью, конфликт, разгоревшийся из-за экстравагантных причёсок, кипел в социальных сетях, а не на площадях и улицах.

«Розовая детская революция» началась 7 сентября в четвёртой пермской гимназии, одной из лучших в городе. Десятиклассницу Зину Агишеву администрация отстранила от занятий из-за причёски – накануне девушка выкрасила свои волосы в розовый цвет.
Обиженная школьница так написала о проблеме на своей страничке в соцсети:
«Я зашла в школу, меня поймала завуч и сказала, что это — не волосы, отправила меня к директору, которая сказала, что отстраняет меня от уроков и посоветовала выбрать другой учебный план или учебное заведение. «Нечего всех злить, ходя с такой головой!» . За мной привели ещё одну девочку из параллели, она покрасила свои волосы в рыжий (довольно прилично выглядело, кстати). Её довели до слёз, пристали к её бровям, угрожали исключением и так далее. Я стояла и слушала, она разрыдалась, и мне так хотелось всем всё высказать, за себя и за неё. Самое смешное во всей этой истории, что мой цвет волос не нравится лишь директрисе и завучу. Моя классная абсолютно спокойно подошла и просто поговорила с нами, даже ничего не сказав. Улыбнулась. Другие учителя просто смотрели на меня, или сделали мне комплимент, что было очень приятно. Учительница по обществознанию даже чуть-чуть поддерживала меня. Я считаю, что школа поступила неправильно и незаконно, пытаясь диктовать свои правила насчёт моего тела, так как это чисто моё желание и никого больше».
Проблема оказалась глобальной
Абсолютное большинство подростков, прочитавших этот крик души, поддержало Зину. Взрослые тоже не остались в стороне, старшая сестра пострадавшей пятнадцатилетней школьницы Александра Агишева (кстати, педагог по образованию) перенесла обсуждение на федеральный уровень, увидев в частном случае глобальную проблему:
«Ощущение власти — самое ужасное, что с человеком может случиться, особенно власти над маленькими людьми, которые не могут ответить и защитить себя (мы ведь их все время учим старшим не хамить). Директор школы не может принимать решение о теле ребёнка, не может рассказывать как должны выглядеть волосы, руки, губы и что угодно. Нельзя доводить до слез десятиклассницу, которая изучает себя, своё тело и свои границы. Нет связи между волосами, татуировками, пирсингом и учебой. Но есть связь между травмами, неуверенностью и сложностями в отношениях и комментариями учителей. Желаю всем помнить о том, что тело человека только его тело, независимо от возраста этого человека, ну и адекватных учителей».
Зина начала битву за свою розовую причёску и свои права. Для начала она опубликовала в соцсети «Требования к внешнему и одежде учащихся», утверждённые администрацией её гимназии. Этот документ – сплошное «низз-зя!»: ученицам запрещалось красить волосы, носить экстравагантные причёски, массивные украшения, мальчишкам запрещалось отращивать волосы, одобрялись только короткие стрижки.
Директор гимназии Татьяна Дьякова поначалу не приняла этот бунт в Интернете всерьёз, но когда к конфликту подключились СМИ, сочла своё учреждение правым – мол, это внутренний правовой акт, к тому же правила утверждены и родительским комитетом.
Родители Зины не стали принуждать дочь сменить причёску, но в администрация гимназии проявила твёрдость: выкрашенным в розовый и рыжий цветом учиться нельзя!
Право на знания
Зина и её подруга по несчастью оказались в ситуации, которая поначалу казалась безвыходной. В Интернете по всей России (и не только) начался флеш-моб в поддержку гонимых девушек. Подростки и взрослые рассказывали о случаях дискриминации школьников по внешнему виду.
Нынешним и бывшим школьникам было чем поделиться – во многих учебных заведениях, словно в монастырях, запрещали косметику, серьги, браслеты, кольца и прочие аксессуары.
«Нас учителя хотят сделать одинаковыми, как доски в заборе!» — писали повзрослевшие дети.
«Может, как в советские времена, в фартучках кружевных ходить прикажут?» — ехидничали мамы нынешних учениц.
«Каждый из нас – свободная личность!» — написал какой-то московский старшеклассник на своей футболке. Лозунг явно не для школы, а для митинга – проблема «хайеров» грозила уже выплеснуться на городские площади. Подростки охотно ведутся на всяческие акции протеста, не случайно экстремисты всех мастей делают ставку на подрастающее поколение.
Малолетки становились детонаторами взрывов арабских революций, в нынешних беспорядках во Франции их тоже используют в качестве детонаторов социального взрыва.
Увы, провоцируем повзрослевших чад на конфликт зачастую мы, взрослые – мы не замечаем, что архаичные правила им кажутся унизительными. Но настаиваем на своём, пытаемся гнуть подростков в дугу и получаем в ответ бунт – в семье, в школе, на городской площади.
К счастью, в Перми «розовая детская революция», растянувшаяся на три с лишним месяца, не выплеснулась из правового русла. Прокуратура и суд разрешили конфликт, разглядев в нём самое главное – запретом на причёски администрация гимназии нарушила гарантированное Конституцией право на образование. Директриса учебного заведения была оштрафована на 30 тысяч рублей, а её гимназия – на 50 тысяч.
А в декабре администрация города Перми по требованию прокуратуры отменила прежние школьные правила. Чиновники признали, что «положения, содержащие любые ограничения, устанавливаемые в отношении внешнего вида учащихся, за исключением школьной формы, незаконны». Все средние учебные заведения Перми местный департамент образования обязал к февралю 2019 года изменить свои внутренние правила. Вместо запретов там появятся рекомендации – но соблюдать их или нет, ученик будет решать сам, по крайней мере за розовый, синий и даже за радужный цвет волос от занятий отстранять детей уже не будут.
Отрадно, что на страже законных прав школьников стоит не только пермская прокуратура – подобные «батлы» идут в Карелии, Удмуртии, Новосибирске, в других регионах.
Яркая эпоха
Мне не очень-то нравится розовый цвет волос – разве только что у кукол. И хайеры ярко оранжевого цвета оскорбляют мой эстетический вкус, уж извините. Моё детство прошло в серо-сине-коричневых тонах, когда школьная форма у мальчишек была похожей на военную. Девчонкам в моей школе было и того хуже – от дореволюционных бабушек-гимназисток они отличались только длинной платья, кружевные фартучки были почти как при царе.
Мы, конечно, бунтовали, но тихо: пацаны пытались отращивать волосы на палец длиннее, а барышни завивали локоны и тайком красили губы.
Но то время давно прошло, и нынешнее время – не брежневский застой. Эпоха сейчас бурная, многоцветная и яркая.
Старшеклассники уловили быстрый темп времени, а мы, папы и мамы, дедушки, цепляемся за прежние стереотипы.
Беречь нужно только нравственные скрепы – если мы, взрослые, растратим свой пыл на борьбу с длинной и цветом волос, то можем упустить главное.
Любить Родину и свой народ может и девушка с розовыми волосами. А парнишка с петушиным гребнем на голове, случись беда, наверняка побреется наголо, наденет солдатскую форму и станет нашим защитником.
А черезчур ретивым педагогам типа пермской директрисы напомню старый анекдот:
«От вашего Вовочки пахнет такими резкими духами! – жалуется классная руководительница. А мудрая мама ей в ответ: «Вовочку не нужно нюхать, его нужно учить!”
Григорий Тельнов, специально для РЕН-ТВ.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *