Наказана ремнем

Я помню, мне лет пять, я лежу у бабки на коленях, а она секет тонкой вицей мою голую попку. Я плачу и визжу от боли и стыда, а мои младшие сестры смотрят на меня в приоткрытую дверь и тихонько хихикают в кулачок, чтобы бабка, увлекшись поркой, их не заметила и тоже не всыпала.
Вичка была тонкой, но злючей и кусачей. Она больно секла мою маленькую попу, и ее я запомнил надолго, как и батин ремень и дядины-тетины розги.
Матушка меня тоже порола, но порола редко и не так сильно как отец или его родственники. Порке она предпочитала слово, что было мучительно, но не так больно, как тети-дядино воспитание. Я даже не помню как и за что она наказывала меня, а вот как меня драли отцовские родственники помню очень хорошо. Они пороли быстро и сильно. Как делают не очень любимую работу, делать которую все-таки надо.
Тетя могла просто войти в комнату со сложенным ремнем в руке и негромко скомандовать:
— Спускай штаны и ложись!
Если я не выполнял ее приказ, она говорила:
— Выпороть — я тебя все равно выпорю! Только дам не тридцать, а все шестьдесят, и еще скажу Николаю, и он тебе вечером добавит! И получишь ты не одну порку, а три! Устраивает?
Конечно, меня это не устраивало, и я, плача и всхлипывая, заголял свой бедный зад и подставлял под очередную порку.
И хоть, как я уже говорил, порола она быстро, практически без пауз, но порола сильно. Ремень звонко шлепал по моей заднице, оставлял красно-синие полосы, заставляя меня ерзать животом по кровати, лавке или дивану (смотря, где меня разложили) и считать удары про себя.
Если кто-нибудь входил в этот момент в комнату (двоюродные сестры, родственники или тетины подружки), ничего не менялось, даже при подружках она начинала пороть сильней. Ей нравилось, что все считали ее женщиной сурового нрава, никому не дающей спуска.
Выпороть она могла в любой момент, в любую секунду, и наличие в доме посторонних этому не мешало. Наоборот, порка при чужих считалась чем-то особенным, чем-то, более выдающимся.
Дядя не отставал от тети, только он редко брал ремень в руки, предпочитая розги, которые я помню до сих пор.
Особенно мне запомнилась порка впрок.
— Ну-ка, племяшь, поди сюда. Я тебя посеку немного.
— За…, за что?
— Было бы за что ты бы уже с голой поротой задницей по дому ходил! Тебя всегда есть за что сечь, а сегодня я тебя просто впорк высеку.
Все во мне похолодело — я понял, что это не шутка — ноги стали ватными и во рту резко пересохло.
— Пойдем-ка в сенки.
Мы вышли в сени, дядя развернул лавку, стоявшую у стены, и поставил ее поперек. Рядом в жестяной ванне мокли розги.
— Что встал? Спускай штаны и ложись.
Я всегда боялся порки, и всегда перед поркой силы для какого-либо сопротивления покидали меня, под розгами я мог кричать и требовать прекратить экзекуцию, и даже ругался матом, пока из меня не выбили этой привычки. Поэтому я молча расстегнул брюки, стянул их вместе с трусами и лег голым задом вверх. Дядя выбрал одну розгу из ванны и поглядывая на меня несколько раз резко взмахнул ей. От этого знакомого свистящего звука я вздрогнул и непроизвольно сжал попу ожидая удара.
— Что боишься?
Я промолчал.
— Боишься? — и он снова просвистел розгой.
— Дда.
— То-то, — довольным голосом сказал он, — будешь помнить, как я тебя сек. Будешь? — и снова свист розги, и снова я сжался ожидая жгучего удара.
— Буду.
И тут розга снова просвистела и жадно впилась в мой беззащитный зад, когда я уже и не ждал.
— Надолго запомнишь? Удар.
— Надолго? Новый удар.
— Что молчишь? И эту розгу дядя потянул на себя.
— Да.
Боль после каждой розги накатывала все сильней, но я еще не стонал и не плакал. Стыдно плакать в четырнадцать лет.
— Так на сколько запомнишь? И снова с потягом розга просекла мою попу.
— Яяяя нааадоолгоооо за…помню!
— Вот то-то! Сколько раз я тебе уже всыпал?
— Я…, — и я замолчал, я забыл, что когда тебя секут надо считать.
— Так значит ты не считал?
— Я, я…
— Что ты? Раз не считал — начнем сначала!
— Нет! Нет! Не надо! Было пять! Пять! Я считал!
— Ты еще и врешь! Ну, с этим после разберемся, а сейчас считай вслух громко, чтоб я слышал. Не услышу начнем по-новой тебя учить.
И розга впилась в мой уже горящий зад.
— Один! Два! Три! Четыре! — прилежно отсчитывал я жгучие розги. Дядя больше ничего не говорил, а усердно сек.
Я дергал задом изо всех сил, пытаясь избежать прожигающих все тело насквозь ударов розги, но он спокойно и усердно полосовал мой истерзанный зад и только начал приговаривать:
— Получи еще! И еще! И еще! И еще раз! Получи! Вот те еще!
Каждое слово сопровождалось новым рассекающим ударом розги и моим истошным воплем:
— Нет!!! Нет! Не надо! Ааааааааа! Двааааааадцать пяяяять! Оуууууууууу! Боооооольно кааааак! Нееееееее наааадоооооооооууууу! Дваааааадцаааать шеееесть! Двааадцать сеееемь! Двацать воооосеееемь!
Я крутил задом как мог, но всегда розга настигала и обжигала сильнее предыдущих.
После тридцатого удара дядя сделал перерыв. Отбросил измочаленную розгу в сторону, снял с гвоздя две веревки и привязал меня к лавке. Затем ушел в дом и вернулся со своим старым армейским ремнем. С ним я тоже был знаком не понаслышке и хорошо помнил какие синие полосы он отпечатывал на моей заднице. Конечно розга секет больнее, но если вам всыпать таким ремешком полсотни горячих, то сидеть вы долго не сможете.
Дядя намотал часть ремня на руку, отошел немного назад, примерился и вытянул меня прямо по свежим рубцам точно посередине задницы.
— Ууууууу, — простонал я, — тридцать один.
— Нет, теперь счет идет сначала! Запомни, как мой ремень порет, — сказал он и продолжил порку.
— Один, два, три, четыреее, пять, шесть, — начал я считать удары ремнем, стараясь отвернуть свой зад, чтобы было не так больно.
После десяти ударов порка прекратилась опять. «Наверное все» — подумал я и ошибся. Дядя расправил ремень и притянул им мою поясницу к лавке, так что теперь я не мог уже увернуться.
— Ну что ж, продолжим, — и он выбрал новую розгу и встал с другой стороны, — на чем мы остановились?
Ремень выбил-таки из меня первые слезы и я сквозь них непонимающе посмотрел на него.
— Сколько было розог?
— Три…тридцать, — сказал я уже всхлипывая и понимая, что сегодня меня очень крепко выпорят и никто мне не поможет, не защитит. Тетя иногда спасала меня от, казалось бы, неминуемой порки, но сейчас ни ее, ни двоюродных сестер не было. Мы с дядей были дома одни.
— Тогда считай дальше!
— Тридцать ооодин! Трииииидцать два! Ооооууууууууу! Тридцааать триииии! Оооооой, боооооольно! Тридцать четыреее! Пяяяять!
— Сколько? Сколько?
— Тридцать пять! — Быстро поправился я, хотя с теми, первыми, которые я забыл считать было уже сорок, а с ремнем — пятьдесят!
Ссссссчох — просвистела розга.
— Тридцать шеееесть! — выдохнул я.
И снова тонко просвистела розга.
— Тридцать сеееемь! — выдохнул я.
Ссссчак — впилась розга.
— Ууууууииииий, как боооольно! Трииидцааать ооосеемь! — выкрикнул я.
Под розгой я уже немного пообвык, дядя понял это и тридцать девятый, сороковой и сорок первый нанес очень быстро, подряд, так что я не успел сосчитать и от резкой усилившейся боли громко взвыл, забыв обо всем на свете.
— Оооооо, блять, уууяяяяяяяяяяя, блять! Ицать евять, орок, орок один! — прокричал я как мог.
— Вот и пробрало наконец! Услышал я голос дяди откуда-то издалека. И опять три сильных удара подряд. И я, не успев отдышаться от предыдущей серии, снова взвыл. Слезы и сопли залили лицо, но мне было уже все равно, я хотел только, чтобы меня перестали пороть.
— Ааааааауууууууииииияяяй! Хватит, пожалуйста! Не надо больше! Не надо! Не надо! Я никогда, я ничего!
— Это хорошо! Вот так тебя и буду сечь! И три раза розга обхватила мой зад, заставив меня непрерывно выть во весь голос.
— Аааааааааааа! Ооооииииииййй! Ууууиииияяяяя! Не надо больше! Не надо сегодня! Не надо! Дядюшкаааа, не надоооооо!
— Когда же надо? Когда же мне тебя сечь?
— Завтра! Дяденька, родненький, посеки меня завтра, пожалуйста!
— Хорошо, сейчас я тебе всыплю еще! А за мат, за то, что не считал, за ложь — я тебя вместе с дочками высеку! Сколько им назначу не знаю, но тебе — вдвойне!
— Да-да! Хороошоооо! — дядя не стал меня слушать, а снова резкими и быстрыми ударами продолжил меня пороть.
— Что тут у вас происходит? — услышал я над собой тетин голос, когда последняя розга просекла мой зад.
— За что ты его? Ведь даже на улице слышно! Парень не успел приехать, а ты его под розги!
— Ничего! Напомнил ему, что такое розги! А то забыл видать!
Я поднял голову и увидел тетку и двух моих сестер.
— Прекрати его пороть!
— Да мы пока вроде закончили, остальное позже дам.
— Эй, вы, — прикрикнула она на сестер, — чего уставились, ну-ка быстро на кухню! А то самих высеку!
И сестры мгновенно исчезли.
— Давай, отвяжи его! — и сама первой начала развязывать тугие узлы веревки.
— Вставай, — потребовала она. Я опустил на пол одну ногу, затем другую и осторожно встал на ноги. Прикрываясь рукой попытался натянуть трусы и брюки.
— Не надо! Вообще сними их, иди умойся, и ляг в кровать. Спорить с ней я не посмел и сняв одежду всхлипывая пошел в дом умываться под рукомойником. Когда я смыл слезы и сопли, я немного успокоился, прошел в маленькую комнату и лег на кровать, как велели. Я стал очень послушным! Лежа я слышал как переругивались дядя и тетка, и радовался про себя, когда она ругала его. Потом дядя ушел, он сегодня еще работал. Я осторожно поднялся и подошел к трюмо, повернулся к нему спиной и посмотрел на мою бедную попку. Она вся распухла и была в темно-синих, фиолетовых рубцах. Следы от розги были и на спине, и на ногах. Особенно сильно рубцы вспухли там, где розга захлестывала, огибая ягодицы.
— Вот гад, как высек! — сказал я вслух, все еще всхлипывая.
— Ничего, заживет! — моя тетя стояла в дверях и улыбаясь, смотрела на меня, — давай, ложись на живот. Я прикрываясь руками подошел к кровати и снова улегся на нее.
— Сейчас я твою поротую попу смажу и станет полегче.
— Не надо! Нет! Не надо!
— Ты еще поспорь у меня! Мало прилетело? Хочешь, чтобы я добавила!
— Нет, — пробурчал я.
— Тогда лежи смирно,
— она выдавила мазь из тюбика прямо на мой зад и осторожно начала втирать его. Было немного больно от прикосновений к еще горяще-болящей попе, но постепенно боль и вправду уходила, уступая место новому, приятному чувству, которое начало крепнуть внизу живота и твердело все больше. Мне стало стыдно и за это, и за то что тетка и сестры видели меня таким — голым и выпоротым. Конечно, меня пороли и раньше, в другие года, и бывало, что меня с сестрами пороли вместе, но такое возбуждение и вместе с ним стыд после порки были впервые. Тетя все так же нежно гладила меня, втирая какую-то мазь в мой истерзанный зад, а мой член неудобно уперся в кровать и я хотел приподнять попу, чтобы стало комфортнее, но я боялся, что она заметит это и все поймет.
— Ну-ка, ноги раздвинь, я посмотрю не попало ли тебе куда не нужно.
— Нет! Не надо! Там все впорядке! — испуганно сказал я.
— Опять споришь! Мало тебе видно досталось? Раздвинь ноги! — И она легонько шлепнула меня по заду. Я тут же приподнялся, давая свободу окрепшему члену, и раздвинул ноги, как просили. Она провела рукой по внутренней стороне бедер, смазала самый низ попы, ляжки и легонько провела рукой по яйцам.
— Ну, по яйцам не попало, а остальное заживет! — весело сказала она. «Так по ним и не могло попасть», — хотел сказать я, но помня шлепок и зная, что она тоже может крепко драть — смолчал.
— Сейчас мазь впитается, — продолжала она поглаживая иссеченые бока и ягодицы, — я тебя накрою и ты отдохнешь.
— А правда, что на улице было слышно, как я.., как меня…?
— Мы за два дома услышали. Я сразу все поняла. Да ты не переживай, у нас тут это дело обычное. Или ты забыл? Ты лучше скажи, за что тебе Николай добавить обещал?
— Я забыл про счет.
— Забыл считать розги и все? — недоверчиво спросила она, поглаживая меня.
— Нет.
— Так за что?
— Я соврал, и еще я ругался.
— Тогда понятно. И когда обещался?
— Когда Настю с Олей пороть будет. Сколько им назначит — мне вдвойне даст.
— А он их сегодня вечером пороть хотел.
— Сегодня? — и внутри у меня все снова упало, похолодело и во рту стало сухо. Внизу живота разом все обмякло.
— Да, сегодня и в субботу, если здорово нагрешат. Помнишь наши субботы?
— Помню.
— Мамке-то с отцом не хвастался, как тебя родня воспитывает?
— Нет, я никому ничего…
— Впрочем, она и так знает, — тетка, казалось, не слушала меня, — звонила, просила, чтоб тебя сильно не обижали. А ты умудрился в первый день на розги нарваться. Ну, ничего это только на пользу.
Тут я не выдержал и снова разревелся.
— Поплачь, поплачь со слезами боль уйдет, станет легче. Она достала свежую простынь из шкафа, накрыла меня и ушла. Через пять минут я уже спал, я всегда быстро засыпал после порки.

Изобретенные еще в начале 19 века, ремни безопасности являются некой неотъемлемой частью любого транспортного средства. Согласно ПДД (правил дорожного движения) применение ремней безопасности при движении транспорта носит обязательный характер.

На водителя, нарушившего это правило, налагается административный штраф за непристегнутый ремень, его размер в 2020 году вы узнаете в статье.

ПДД о ремнях безопасности

Ремень безопасности является надежным средством, способным удержать пассажира транспортного средства при внезапном торможении либо аварии. Ремень значительно уменьшает риск травмирования либо гибели. Именно по этой причине, пристегивание обязательно — и для водителя, и для его пассажиров.

В пунктах ПДД (2.1.2, 5.1) однозначно сказано, что водитель любого транспорта при движении обязательно должен пристегивать ремни безопасности и следить, чтобы пассажиры так же их пристегнули. Не пристегиваться имеют право: инструктор, во время обучения езды, когда управляет транспортом ученик. И оперативные службы, на автотранспортах которых нанесены специальные графические знаки.

Штрафы за непристегнутый ремень 2020 года

При нарушении пунктов об обязательном использовании ремней безопасности, наказание несут как водитель, так и пассажиры транспортного средства. Предусмотрены штрафы для трех типов нарушений:

  1. Отсутствие ремней безопасности у водителя
  2. Отсутствие ремней безопасности у пассажира
  3. Ребенок в автомобиле без специального устройства

Размер штрафа за отсутствие ремня, отличается для каждой категории. Но, естественно, в любом случае, наибольшую ответственность несет водитель автомобиля.

Штраф за отсутствие ремня у водителя.

Согласно статье 12.6 Кодекса об административных правонарушениях (КоАП), на водителя за отсутствие у него ремня безопасности, а так же за непристегнутых пассажиров, накладывается наказание, уже в виде того же административного штрафа в размере — 1000 рублей.

Данное наказание применяется в независимости от количества непристегнутых пассажиров. Таким образом, если три пассажира в транспорте непристегнутые, сумма штрафа все равно составит 1000 рублей. Однако по данной статье нарушитель может быть оштрафован вплоть до нескольких раз в день, на нескольких постах, пока нарушение не будет исправлено.

Согласно КоАП, пристегивать ремни безопасности необходимо во время движения самого транспортного средства. Кстати, ради собственной безопасности, стоит пристегиваться и во время остановок, если вокруг есть движение другого транспорта.

Чтобы всегда отслеживать сумму наложенного штрафа и при необходимости, уже иметь возможность оспорить ее, рекомендуется всегда иметь с собой актуальную на 2014—2015г. таблицу штрафов.

Штраф за отсутствующий ремень безопасности у пассажира.

Согласно пункту 12.29 КоАП, помимо водителя наказание за отсутствующие ремни безопасности несут и пассажиры. Размер максимального взыскания не превышает 500 рублей. Наказанию подлежит каждый пассажир по отдельности. Вместо штрафа, законом так же предусмотрено вынесение письменного предупреждения.

К сожалению, в большинстве общественного транспорта ремни безопасности демонтированы. Но если ремни безопасности все-таки присутствуют, рекомендуется их использовать.

Отсутствие специального устройства для перевозки в транспортном средстве ребенка

Раньше, присутствие ребенка в автомобиле без специального устройства для его пристегивания, приравнивалась к статье 12.6 КоАП о непристегнутом ремне водителя. Теперь о данном нарушении сказано в отдельном пункте КоАП.

Согласно Кодексу, дети младше 12 лет, при езде на переднем сидении, должны находиться в специальном детском устройстве, обеспечивающем их безопасность. При перевозке на заднем сидении, дети должны находиться либо в автомобильном детском кресле, либо быть пристегнутыми с помощью другого устройства, обеспечивающего их безопасность. Нарушение данных требований ведет к административному наказанию в виде наложения штрафа в 3000 рублей.

Стоит отметить, что стандартный для всех видов транспорта ремень безопасности не годится для детей и, следовательно, не способен защитить от получения травм в аварийной ситуации. Если нет возможности либо желания приобрести массивное детское кресло, можно использовать специальные адаптеры стандартных взрослых ремней безопасности под детей.

Данному административному наказанию подлежит водитель, так как любому административному наказанию подлежат граждане старше 16 лет.

Размеры налагаемых штрафов за непристегнутые ремни могут показаться незначительными. Но стоит помнить главное:

Пристегнутый при движении транспорта ремень безопасности уберегает водителя и пассажира от травм либо летального исхода в любой аварийной ситуации.

Большая часть водителей не пристегиваются, обосновывая это наличием подушек безопасности. Однако, при отсутствии ремня безопасности, подушка не только бесполезна, она может еще больше навредить. Это легко объяснимо. При столкновении либо резком торможении, тело человека по инерции направляется вперед с большой силой.

Если ремни безопасности пристегнуты, то тело удерживается на месте, однако голова и шея не закреплены, что может привести к серьезным травмам. Именно для избегания таких последствий служит подушка безопасности. Она фиксирует голову, сводя к минимуму огромную нагрузку на шею. В случае отсутствия ремней безопасности, тело человека отталкивается от подушки безопасности и с огромной силой ударяется об какую-либо деталь автомобиля. Это неминуемо приводит к серьезным травмам. Поэтому — стоит помнить, что подушки безопасности не заменяют ремни, а лишь дополняют их.

Как оспорить штраф

На случай, если все же нарушены правила ПДД и инспектор выписывает штраф, необходимо знать — как правильно составляется протокол и как его оспорить, в случае несогласия.

В случае превышения сотрудником своих полномочий либо несогласием с наложенным штрафом, можно написать жалобу.

Образец жалобы примерно выглядит так:

Кому (начальнику УГИБДД УВД по (области, округу))

от кого (ФИО, адрес, телефон)

ЖАЛОБА
на оставление протокола по делу об административном нарушении

Здесь описывается дата, время административного нарушения, ФИО, должность инспектора. Также описываются детали нарушения. Факты, свидетельствующие о необоснованности административного наказания и т.д.

— Дата
— Подпись

К жалобе необходимо приложить копии всех документов, доказывающих права истца, при необходимости ходатайство и иные имеющиеся данные (схемы, фотографии, видео и др.).

В заключение — стоит сказать, что нарушение ПДД всегда небезопасно и наказуемо, так как может создать аварийную ситуацию и привести к ужасным последствиям. Несмотря на сравнительно не большой размер административного наказания за отсутствующий ремень безопасности, никогда не стоит пренебрегать им. Ремни безопасности способны не только оградить от получения травм, но и сохранить жизнь водителя и всех пассажиров при различных типах аварии. К тому же, неоднократные нарушения могут привести к лишению водительских прав.

Размышления какой то активной ЖЖ блогерши (очень интересная содержательная активность у неё наблюдается) относительно семейного устройства, в консервативным, так сказать, ключе. Речь о порке жены. Дама признаёт легитимность сего воспитательного приёма в отношении женщины. Я хоть и не сторонник консервативного формата и не со всем с ней согласен, но что то в этом несомненно есть, с точки зрения эстетики строгого участия. Уж коль скоро женщины сами принимают подобный элемент традиционного формата. Согласен лишь с тем, что за халатное безответственное поведение, в частности в отношении детей, отшлёпать по мягкому месту конечно же стоит!!

Её текст:

«К началу XXI века общество, наконец, осознало, что бить женщин нельзя. Во-первых, это аморально, потому что даже слабый мужчина физически сильнее своей жены. Поднимая руку на тех, кто слабее, человек унижает себя. И во-вторых, решить конфликты физической силой нельзя. Кроме обид, никакого консенсуса.

Всё было бы хорошо в создавшейся парадигме гуманизма, но женщины стали борзеть.

Жена Билла Клинтона, как вскрылось недавно, лупила мужа. На минуточку, президента страны на тот момент. Гоняла его по Белому дому, швыряла раритеты в спину, а когда ловила, отчаянно царапалась. Несчастный Билл был вынужден врать журналистам, что порезался во время бритья.

Жёны, перестав получать по жопе, вконец обнаглели. Оказалось, что только страх физической расправы удерживал куриц от склок, выноса мозга, истерик и аморального поведения.

Если раньше муж хмурил брови во время скандала, и жена затыкалась, понимая, что вот-вот пересечёт черту и получит по заднице, то теперь сдерживающего фактора нет. Женщин бить нельзя, потому что нельзя, а значит, можно без страха выпустить из себя мегеру с горгульей. А если муж-оппонент не поймёт слов, жена вцепится когтями в лицо.

Ситуация со стороны выглядит странно и неестественно. Более сильная особь терпит, пока на неё орут, бьют, унижают. Слабой можно всё, а сильный даже ответить не может.

Это неправильно. Природа не так нас задумала. Это как гомосексуализм или даже хуже.

У женщин нет внутренних тормозов, поэтому должны быть внешние. Хочешь погубить отношения — позволь женщине всё. Желания глупых куриц обязательно доведут семью до распада.

Бить женщин, конечно, нельзя. Нельзя просто так. Но есть ситуации, когда физическое воздействие допустимо, чтобы сохранить брак.

1. Если жена флиртует с другим, муж должен её побить. Строишь глазки кому-то? Получи порку. Почувствовав боль, женщина сразу поймёт, что её самец — ого-го! Физически сильный, надёжный и искать другого нет смысла.

2. Если жена халатно относится к детям. Потеряла их в супермаркете, например. Такое наплевательское отношение к потомству намекает, что она не ценит его. Какую эволюционную ценность представляют дети от слабака? Муж должен доказать, что он — не рохля, причём физически, потому что словами тут ничего не добьёшься.

3. Если жена истерит, скандалит, то бить её, конечно, нельзя. Это в нашей природе, мы имеем на это право. Криками, воплями и слезами мы пытаемся донести свою мысль до вас, потому что вы, мужики, чёрствые и бесчувственные животные, до которых не достучаться. Но если в процессе ссоры жена начинает драться, то муж должен ей ответить. Соизмеряя, конечно, силу, не нанося большого вреда, показать, кто в конце концов тут глава семьи.

Естественно, что физическое воздействие не должно осуществляться с целью выплеска негативных эмоций. Это не уличная драка, а способ сохранить семью. Мужчина должен охранять супружескую верность своей жены, беречь своих детей и не позволять ей растоптать своё достоинство.

Само собой, что пороть можно только жену, но никак не сожительницу или девушку. Если мужика не устраивает поведение женщины, с которой нет официальных отношений, он должен просто уйти, потому что физическое воздействие нужно лишь для сохранения семьи и здоровой атмосферы в ней.

Согласны?»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *