Недопустимые доказательства в административном процессе

Недопустимость доказательств в действующем кодексе об административных правонарушениях Российской Федерации

Филимонова Мария Вячеславовна,

аспирант Дальневосточного федерального университета, г. Владивосток.

The inadmissibility of evidence under the current code of administrative offences of the Russian Federation

M.V. Filimonova,

The Far Eastern Federal University.

Статья посвящена недопустимым доказательствам при рассмотрении дел об административных правонарушениях в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Ключевые слова: недопустимость, недопустимые доказательства, существенные нарушения по делам об административных правонарушениях.

Keywords: unacceptable, inadmissible evidence, significant violations on the cases of administrative offences.

В соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ, доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона.

Зачастую производство по делам об административных правонарушениях прекращают в связи с недоказанностью вины при признании одного или нескольких доказательств по делу недопустимыми. Это происходит в связи с грубыми процессуальными нарушениями, допущенными сотрудниками ГИБДД при составлении протоколов, актов освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования, иных процессуальных документов, при допросе свидетелей в судах и в иных случаях.

В настоящей статье будут рассмотрены наиболее распространенные существенные и несущественные нарушения, допущенные при оформлении процессуальных документов по делам об административных правонарушениях, с учетом судебной практики и анализа правовых норм.

Наиболее важным процессуальным документом в деле об административном правонарушении, имеющим доказательственную силу, является протокол об административном правонарушении.

Статья 28.2 КоАП РФ содержит обязательные требования, предъявляемые к протоколу, сведения, которые должны быть в нем отражены и процедуру его оформления.

Так, в протоколе об административном правонарушении должны быть указаны:

— дата и место его составления;

— должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол;

— сведения о лице, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении;

— фамилии, имена, отчества, адреса места жительства свидетелей и потерпевших, если таковые имеются;

— место, время совершения и событие административного правонарушения;

— статья КоАП РФ или закона субъекта Российской Федерации, предусматривающая административную ответственность за данное административное правонарушение;

— объяснение физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которых возбуждено дело;

— иные сведения, необходимые для разрешения дела.

Кроме перечисленных требований, в протоколе должно быть отражено, что лицу, в отношении которого он составлен, разъяснены его права и обязанности, сделана запись об ознакомлении лица с протоколом и приложены замечания к нему, если таковые имеются.

Протокол подписывается должностным лицом, его составившим и лицом, в отношении которого он составлен (его представителем), либо делается отметка об отказе лица от подписания протокола.

В случае несоблюдения оформления протокола, либо процедуры его составления (например, неознакомления привлекаемого лица с протоколом), такой протокол может быть признан судом недопустимым доказательством по делу.

Важным моментом является вопрос о том, какие недостатки протокола будут признаны существенными и влекущими недопустимость протокола как доказательства.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» содержит разъяснения по данному вопросу.

Существенным недостатком протокола является отсутствие данных, прямо перечисленных в части 2 статьи 28.2 КоАП РФ, и иных сведений в зависимости от их значимости для конкретного дела.

Несущественными являются такие недостатки протокола, которые могут быть восполнены при рассмотрении дела по существу, а также нарушение установленных сроков составления протокола и направления его для рассмотрения судье, поскольку эти сроки не являются пресекательными, либо составление протокола в отсутствие лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, если этому лицу было надлежащим образом сообщено о времени и месте его составления, но оно не явилось в назначенный срок и не уведомило о причинах неявки или причины неявки были признаны неуважительными.

В том случае, когда протокол об административном правонарушении составлен неправомочным лицом либо когда протокол или другие материалы оформлены неправильно, материалы представлены неполно, судья выносит определение о возвращении протокола об административном правонарушении и других материалов дела в орган или должностному лицу, которыми составлен протокол. Возвращение протокола возможно только при подготовке дела к судебному рассмотрению и не допускается при рассмотрении дела об административном правонарушении по существу.

При рассмотрении дела по существу, как правильно замечает О. Панкова, если нарушения в составлении протокола будут выявлены при непосредственном рассмотрении дела, судья обязан их оценить наряду с другими доказательствами по делу и вынести постановление о назначении административного наказания или о прекращении производства по делу.

Причем если будет установлено, что указанные нарушения носят существенный характер и не позволяют всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, то, вероятнее всего, протокол будет признан недопустимым доказательством, а производство по делу прекращено.

В этой связи следует иметь в виду, что аргументация, построенная на таких нарушениях, как несоблюдение установленных в КоАП РФ сроков составления протокола или сроков направления его в суд, не будет юридически значимой, поскольку по точному смыслу закона данные обстоятельства не являются основанием для прекращения производства по делу, если при этом на момент вынесения постановления о назначении административного наказания давностный срок привлечения к административной ответственности не истек.

Так, например, Санкт-Петербургский городской суд признал протокол об административном правонарушении недопустимым доказательством, а судебные решения по делу – подлежащими отмене ввиду неточного определения места правонарушения (не указан конкретный дом, около которого совершено правонарушение). Районный суд, несмотря на доводы лица, привлекаемого к административной ответственности, не принял во внимание указанные обстоятельства и не устранил данные недостатки.

В другом деле лицо, привлекаемое к административной ответственности, просит отменить решение районного суда, поскольку протокол об устранении от управления транспортного средства не содержит сведений о месте его составления. Однако суд не удовлетворил данную жалобу, поскольку эти недостатки устранены судом при допросе сотрудника ДПС, который в судебном заседании показал, в каком месте был составлен данный протокол.

Другим существенным нарушением в протоколе является не указание, либо неверное указание пункта Правил Дорожного Движения, нарушенного лицом, привлекаемым к административной ответственности.

Московский городской суд прекратил производство по делу о привлечении к ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ ввиду отсутствия события правонарушения.

Диспозиция ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ предусматривает, что в административном порядке преследуется лишь такой выезд на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, который сопряжен с нарушением Правил дорожного движения. В протоколе об административном правонарушении имеется ссылка на п. 1.3 ПДД. Мировой судья также сделал вывод о нарушении данного пункта. Между тем, согласно п. 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

То есть, пункт 1.3 ПДД содержит общие требования, не устанавливает каких-либо запретов выезда на сторону дороги, предназначенную для встречного движения. В связи с этим, суд посчитал, что вывод о наличии события правонарушения является неверным и отменил постановление мирового судьи.

Распространенным нарушением при составлении протокола об административном правонарушении является внесение в него изменений после вручения копии лицу, привлекаемому к административной ответственности и неознакомление лица с внесенными изменениями. Однако суды по-разному оценивают данный недостаток, в зависимости от существенности вносимых изменений для конкретного дела.

Даже если протокол об административном правонарушении не содержит существенных недостатков, огромное значение при оценке допустимости протокола является соблюдение процедуры его оформления. И.Ш. Резепов правильно обращает внимание на то, если копия протокола не вручена под расписку и в протоколе отсутствует подпись лица, привлекаемого к административной ответственности, то эти факты будут доказательством неправомерного поведения сотрудника милиции. Привлечь вас в этом случае к ответственности нельзя — протокол об административном правонарушении признается недопустимым доказательством и не принимается как доказательство.

Помимо протокола, наиболее часто пытаются также оспорить допустимость рапорта и схемы нарушения.

Необходимо помнить, что КоАП РФ не содержит специальных требований к содержанию и оформлению схемы нарушения. Поэтому доводы о том, что в схеме отсутствуют такие сведения как дата составления, сведения о понятых, должность составившего ее лица, условные обозначения, не производились замеры для точного отражения обстановки, не подписана лицом, ее составившим, не принимаются во внимание судами.

Не указание схемы в качестве приложения к рапорту, как и составление ее на одном листе с рапортом также не влекут недопустимости схемы в качестве доказательства по делу.

Схема является дополнительным приложением к рапорту и протоколу об административном правонарушении, ее цель – иллюстрация произошедших событий. Главная задача схемы – зафиксировать достаточное количество данных об обстоятельствах события правонарушения. Схема оценивается судом как письменное доказательство по правилам, установленным ст. 26.11 КоАП РФ.

Причиной признания схемы недопустимым доказательством может явиться отсутствие сведений, отображающих событие правонарушения.

Так, Санкт-Петербургский городской суд прекратил производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, а именно – в нарушение п. 11.5 ПДД обгон с выездом на полосу встречного движения вследствие недоказанности события правонарушения и признания схемы происшествия недопустимым доказательством — из схемы нарушения, составленной инспектором ДПС, и признанной судом в качестве доказательства по делу, не следует, что лицо совершило обгон транспортного средства, а именно опережение одного или нескольких движущихся транспортных средств, связанное с выездом из занимаемой полосы. Кроме того, на схеме не обозначено транспортное средство, которым управляло лицо, не указано направление движения на данном участке дороги. Таким образом, факт обгона объективно ничем не подтвержден, в связи с чем указание на нарушение п. 11.5 ПДД РФ является незаконным и необоснованным.

При составлении рапорта практика идет тем же путем. Распространенной ошибкой при обжаловании постановлений о привлечении к административной ответственности являются доводы о том, что рапорт сотрудника ДПС не зарегистрирован в книге учета сообщений о происшествиях, не указан в протоколе об административном правонарушении в качестве приложения. Также не требуется предупреждать сотрудника ДПС об ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Форма рапорта нормами КоАП РФ не регламентирована. Рапорт не является процессуальным документом, к содержанию и форме которого законом предъявляются определенные требования, в связи с чем отсутствие на рапорте штампа о его регистрации, не влечет признание его недопустимым доказательством и не свидетельствует о том, что изложенные в нем обстоятельства правонарушения недостоверны. Помимо прочего, рапорт инспектора ДПС не является ни показаниями, ни письменным объяснениями, и в связи с этим при составлении рапорта не требуется предупреждения инспектора ДПС об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Следующей распространенной ошибкой в процедуре привлечения лица к административной ответственности и признании процессуальных документов недопустимыми доказательствами является отсутствие сведений о предупреждении лица об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Такой практики придерживается Санкт-Петербургский и Московский городские суды. Однако исключение из числа доказательств по делу об административном правонарушении показаний свидетелей в силу непредупреждения об ответственности не может само по себе служить основанием для прекращения производства по делу, поскольку факт нарушения может быть подтвержден и иными доказательствами.

При привлечении лица к административной ответственности, предусмотренной ч. 12.8 КоАП РФ, за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, большую роль в качестве доказательства по делу является акт освидетельствования и акт медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Важно соблюсти процедуру освидетельствования, разъяснить лицу, в отношении которого проводится освидетельствование, его права и обязанности, этапы освидетельствования, правильно зафиксировать его результаты.

Так, например, прекращено производство по делу в связи с недоказанностью вины лица по причине неправильно зафиксированного в акте результата освидетельствования.

Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, количество алкоголя в выдыхаемом воздухе зафиксировано в промиллях. При проведении процедуры взятия пробы воздуха, результаты должны быть отображены в миллиграммах на один литр выдыхаемого воздуха. Отображение результата в промиллях не позволяет сделать вывод о наличии положительного результата определения алкоголя у лица, привлекаемого к административной ответственности.

Отсутствие в акте освидетельствования сведений о лице, в отношении которого оно проводится, либо неверное указание таких сведений влечет признание акта недопустимым доказательством, и, как следствие, прекращения производства по делу об административном правонарушении в связи с недоказанностью вины.

Следует отметить, что доводы лица о недопустимости того или иного доказательства оцениваются судом лишь в том случае, если в материалах дела нет обстоятельств, противоречащих данным доводам. Например, в случае, если в протоколе указаны понятые, которые фактически не присутствовали, однако лицо, привлекаемое к ответственности, подписало протокол без замечаний, доводы о недопустимости не будут учитываться судом. Тоже самое касается случаев, когда лицо не было ознакомлено с процедурой освидетельствования, либо не разъяснены права и обязанности, однако в силу неграмотности никаких замечаний и претензий к протоколу на месте не высказано.

Также судом надзорной инстанции не принимаются во внимание доводы жалобы о недопустимости того или иного доказательства в том случае, если эти доводы явились предметом рассмотрения суда предыдущей инстанции и им дана надлежащая оценка. Такие доводы принимаются во внимание только в том случае, если суд не дал им надлежащей оценки и оставил их без внимания.

1. Согласно ч. 2 ст. 50 Конституции РФ при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

По смыслу ч. 2 комментируемой статьи КоАП имеются в виду объяснения лица, подозреваемого в совершении административного правонарушения. В процессе получения и оценки доказательств могут быть выявлены факты, исключающие производство по делу (см. комментарий к ст. 24.5).

Потерпевшим является лицо, которому административным правонарушением причинен имущественный ущерб, физический (телесный) или моральный вред.

Свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства дела, подлежащие установлению (ч. 1 ст. 25.6 КоАП).

Различия в статусе потерпевшего и свидетеля условны: если известные потерпевшему обстоятельства по делу необходимы для осуществления органом (должностным лицом) предусмотренных КоАП процессуальных действий, он может быть опрошен как свидетель и в этом качестве обязан давать показания.

2. Фактические данные по делу об административном правонарушении, относимые к доказательствам, могут быть установлены протоколом об административном правонарушении, составляемым должностным лицом органа, уполномоченного рассматривать указанное дело в соответствии с гл. 23 КоАП, протоколом о применении меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, а также протоколом о рассмотрении дела об административном правонарушении, составляемыми при рассмотрении дела коллегиальным органом.

3. Объяснения лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показания потерпевшего и свидетелей представляют собой сведения, имеющие отношение к делу и сообщенные указанными лицами в устной или письменной форме (см. комментарий к ст. 26.3).

4. Под показаниями специальных технических средств, которыми могут быть установлены доказательства, понимаются измерительные приборы, утвержденные в установленном порядке в качестве средств измерения, имеющие соответствующие сертификаты и прошедшие метрологическую проверку (см. комментарий к ст. 26.8).

Показания указанных средств необходимо отличать от информации, получаемой при использовании в процессе оперативно-розыскной деятельности специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации. Административная ответственность за незаконное использование указанных средств предусмотрена ст. 20.24 КоАП.

Верховный Суд вынес Постановление № 18-АД19-64, в котором указал на недопустимость привлечения лица к ответственности по делу об административном правонарушении в случае, когда в протокол без его ведома были внесены изменения.

11 февраля 2018 г. полицейским ОМВД России по Динскому району ГУ МВД по Краснодарскому краю в отношении Евгения Сумарокова был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.3 КоАП. Согласно протоколу в этот день в 23:20 мужчина, управляя автомобилем, не отреагировал на неоднократные требования полицейского об остановке, а после остановки пытался скрыться, отказался в присутствии понятых передать сотруднику полиции документы на право управления ТС, при посадке в служебный автомобиль упирался руками и ногами, воспрепятствовав исполнению сотрудником полиции служебных обязанностей.

По результатам рассмотрения дела судьей Динского районного суда Краснодарского края была установлена виновность Сумарокова в совершении данного административного правонарушения, постановлением от 11 февраля 2018 г. он привлечен к ответственности по ч. 1 ст. 19.3 КоАП.

Судья и заместитель председателя Краснодарского краевого суда по итогам рассмотрения жалоб, поданных в порядке ст. 30.1–30.2 и 30.12– 30.14 КоАП соответственно, с выводами судьи районного суда и принятым им решением согласились.

В то же время судья Краснодарского краевого суда признал протокол об административном правонарушении недопустимым доказательством, поскольку в нем была изменена дата составления, дополнено событие правонарушения и неверно указана дата его совершения. Однако судья посчитал, что это не влечет прекращение производства по делу, так как протокол является не единственным доказательством по делу.

Евгений Сумароков обратился в Верховный Суд, в жалобе попросив отменить судебные акты, вынесенные в отношении него по делу об административном правонарушении.

Изучив материалы дела, ВС указал, что сведения, которые должны быть указаны в протоколе, предусмотрены ч. 2 ст. 28.2 КоАП. Он отметил, что в соответствии с данной нормой в протоколе об административном правонарушении указываются, в том числе, время его составления и событие правонарушения. При этом все обстоятельства, относящиеся к событию правонарушения, подлежат выяснению и доказыванию по делу об административном правонарушении.

Высшая инстанция напомнила, что в силу ст. 28.2 КоАП протокол составляется с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. Физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, должна быть предоставлена возможность ознакомления с протоколом. Указанные лица вправе представить объяснения и замечания по содержанию протокола, которые прилагаются к протоколу.

ВС указал, что согласно ч. 4.1 ст. 28.2 КоАП в случае неявки физлица, юрлица или их законных представителей, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, если они извещены в установленном порядке, протокол составляется в их отсутствие. Копия протокола об административном правонарушении направляется лицу, в отношении которого он составлен, в течение трех дней со дня его составления. «В силу положений приведенных выше норм изменение, дополнение сведений, ранее отраженных в протоколе об административном правонарушении, могут быть внесены в данный протокол в отсутствие лица, в отношении которого он составлен, только при наличии сведений о его надлежащем извещении о месте и времени внесения соответствующих изменений, дополнений», – заключил ВС.

При этом он указал, что сведений о том, что Сумароков присутствовал при внесении соответствующих изменений и дополнений, а равно о том, что он был извещен о месте и времени их внесения, не имеется. В то же время ВС отметил, что судья Краснодарского краевого суда сделал неверный вывод о том, что признание указанного протокола недопустимым доказательством по делу не влечет прекращение производства по делу.

Суд сослался на п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП и п. 4 Постановления Пленума ВС от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» и указал, что в том случае, когда протокол составлен неправомочным лицом либо когда протокол или другие материалы оформлены неправильно, материалы представлены неполно, на основании п. 4 ч. 1 ст. 29.4 Кодекса необходимо вынести определение о возвращении протокола и других материалов дела в орган или должностному лицу, которым составлен протокол.

Верховный Суд заметил, что существенное нарушение при составлении протокола требований КоАП является основанием для возвращения протокола составившему его должностному лицу: «Такая возможность утрачена, возвращение протокола для устранения недостатков после начала рассмотрения дела об административном правонарушении нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрено, устранение допущенного нарушения на стадии рассмотрения дела и жалоб невозможно».

ВС посчитал, что несоблюдение требований КоАП при составлении протокола повлекло нарушение права на защиту лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, повлияло на всесторонность, полноту и объективность рассмотрения дела, а также законность принятых решений, однако оставлено судебными инстанциями без должного внимания вопреки положениям ст. 24.1, 26.1 Кодекса.

Высшая инстанция указала: при установлении, что протокол составлен с существенным нарушением процессуальных требований КоАП, влекущим признание его недопустимым доказательством по делу, надлежало принять решение об отмене постановления о привлечении к административной ответственности и прекращении производства по делу. Это, отметил ВС, соответствует требованиям п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП, согласно которым по результатам рассмотрения жалобы, протеста на вступившие в законную силу постановление по делу об административном правонарушении, решения по результатам рассмотрения жалоб, протестов выносится решение об отмене постановления по делу об административном правонарушении, решения по результатам рассмотрения жалобы, протеста и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных ст. 2.9, 24.5 КоАП, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены указанные постановление, решение.

Таким образом, Верховный Суд отменил решения нижестоящих инстанций и на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП прекратил производство по делу об административном правонарушении.

В комментарии «АГ» адвокат АП Санкт-Петербурга Никита Тарасов назвал доводы высшей судебной инстанции убедительными, а судебный акт в целом – справедливым. По его мнению, ВС РФ абсолютно обоснованно прекратил производство по делу об административном правонарушении, так как указанные в судебном акте недостатки протокола препятствовали рассмотрению дела нижестоящими судами.

«В то же время достаточно непоследовательной выглядит правовая позиция Краснодарского краевого суда, который, признав протокол об административном правонарушении недопустимым доказательством, не прекратил дело», – указал Никита Тарасов. Он заметил, что в силу ч. 2 ст. 26.2 КоАП к доказательствам по делу об административном правонарушении относится не только протокол об административном правонарушении, однако он представляет собой документ, содержащий описание самого инкриминируемого деяния и другие важные для рассмотрения дела сведения (например, объяснение привлекаемого к ответственности лица). Также данный документ свидетельствует о соблюдении (несоблюдении) процедуры привлечения лица к административной ответственности, в том числе о создании условий для реализации права на защиту.

«Действительно, в практике иногда возникают случаи, когда в протокол об административном правонарушении необходимо внести изменения (например, когда допускается техническая ошибка или описка). Но внесение таких изменений должно происходить с обязательным уведомлением лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, с тем чтобы оно имело возможность дать необходимые объяснения с учетом внесенных изменений», – отметил Никита Тарасов.

Адвокат указал, что в связи с участившимися в последнее время случаями привлечения граждан к ответственности по ст.19.3 КоАП РФ позицию нижестоящих судов, по сути, не отреагировавших должным образом на допущенные нарушения при составлении протокола, можно назвать тенденциозной.

Адвокат АК «Бородин и партнеры» Ольга Рогачёва отметила, что положительно относится к постановлению Верховного Суда. По ее словам, протокол по делу об административном правонарушении очень часто выступает в качестве единственного доказательства, имея в правоприменении «обвинительный» уклон: «Даже если в протоколе замечены недостатки, суд, как правило, использует формулировку о том, что в деле имеются другие доказательства».

Ольга Рогачёва отметила, что основные действия судьи, направленные на доказательственную оценку данного документа, совершаются при подготовке дела к рассмотрению, и именно на этом этапе судья наделен специфическими полномочиями по возвращению протокола в орган, его составивший, для устранения выявленных недостатков. «Однако представим себе, что существенные недостатки протокола обнаружены только в ходе судебного заседания, когда возможность его возвращения не допускается. На мой взгляд, если такие недостатки нельзя восполнить при рассмотрении дела, то протокол об административном правонарушении должен быть признан недопустимым доказательством, а производство по делу прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием события административного правонарушения. Именно это и подтверждается постановлением Пленума ВС», – подчеркнула адвокат.

Она добавила, что доводы о недопустимости конкретного доказательства, в том числе протокола по делу об административном правонарушении, могут быть изложены как в ходе рассмотрения дела, так и в жалобе на постановление или решение по делу об административном правонарушении. Ольга Рогачёва заметила, что такой подход согласуется и с позицией Европейского Суда, который исходит из того, что применительно к административным правонарушениям права, предоставленные Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, могут быть гарантированы не столь полным образом, как в случае уголовных преступлений. «С этой точки зрения незамедлительный судебный контроль допустим лишь в тех случаях, когда отсроченный судебный контроль не является эффективным средством защиты нарушенных прав, способным в достаточной мере обеспечить их восстановление», – резюмировала Ольга Рогачёва.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *