Проблемы квалификации убийств

Сопряженные преступления – имеющие юридическую свзяь. . Преступления с признаками сопряженного состава — Это составы, в которых другие преступления включаются в признаки объективной стороны состава в качестве обстановки совершения преступления.

Признак сопряженности исключает идеальную совокупность.

БОЛЬШЕ ИНФО НИГДЕ НЕТ! НА КОНСУЛЬТАЦИИ СПРОШУ.

Вопрос 7. Понятие и признаки преступлений экстремистской направленности. Преступления экстремистской направленности в ук рф.

Экстремизм — какое-либо деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооруженных формирований или участие в них, и преследуемые в уголовном порядке в соответствии с национальным законодательством Сторон. (Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом)

Признаки преступлений:

насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;

публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность;

возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;

пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

воспрепятствование осуществлению гражданами их избирательных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны голосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения;

воспрепятствование законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, соединенное с насилием либо угрозой его применения;

совершение преступлений по мотивам, указанным в пункте «е» части первой статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации;

пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения;

публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения;

публичное заведомо ложное обвинение лица, замещающего государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, в совершении им в период исполнения своих должностных обязанностей деяний, указанных в настоящей статье и являющихся преступлением;

организация и подготовка указанных деяний, а также подстрекательство к их осуществлению;

финансирование указанных деяний либо иное содействие в их организации, подготовке и осуществлении, в том числе путем предоставления учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной и иных видов связи или оказания информационных услуг;

В УК РФ:

Ст.280. Публичные призывы к осуществлению экстремисткой деятельности

Ст. 282. Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства.

Ст. 282.1. Организация экстремистского сообщества

Ст. 282.2. Организация деятельности экстремисткой организации.

Вопрос 8. Понятие, система и задачи Особенной части уголовного права РФ. Структура Особенной части УК РФ. УК РФ. Система Особенной части уголовного права РФ и система учебного курса «Особенная часть уголовного права РФ».

(В предыдущих билетах)



В статье предпринята попытка определить наиболее проблемные аспекты при квалификации состава преступления «убийство».

Ключевые слова: состав преступления, систематизация, квалификация, отягчающие вину обстоятельства, смягчающие вину обстоятельства.

В ряду актуальных проблем теории уголовного права особое место занимает юридическая квалификация преступления. В науке уголовного права состав преступления рассматривается как совокупность установленных Уголовным кодексом Российской Федерации (далее — УК РФ) объективных и субъективных признаков, характеризующих общественно опасное деяние как преступление.

Действующее законодательство постоянно обновляется и нуждается в теоретическом осмыслении. Изменение социально-экономических условий требует разработки научно обоснованных рекомендаций по правильному применению уголовно-правовых норм и предложений по совершенствованию уголовно-правового механизма в современных условиях.

Предметом исследования большинства авторов выступают вопросы правильной квалификации наиболее спорных в науке и практике составов преступлений .

К таким спорным составам относится и состав преступления «убийство».

Вся система уголовного закона построена по принципу охраны от наиболее значимых объектов к менее значимым. При таких условиях личность ставиться на первое место, а затем уже идут интересы общества и государства. Уголовный кодекс Российской Федерации (далее — УК РФ), точнее его особенная часть, открывается разделом VII «Преступления против личности», где на первое место поставлены преступления против жизни и здоровья.

Исторически анализ позволяет утверждать, что такое преступление, как убийство, известно с древних времен. Лишение жизни человека всегда было наказуемым деянием, однако на различных этапах развития государственности ему предавалось различное значение. Такое положение вещей обусловлено значением самой жизни, как объекта уголовно-правовой охраны.

В современном обществе значение жизни очень велико, в руководящих документах различных правовых систем жизнь обладает наивысшей ценностью, жизнь, наравне со здоровьем, защищаются и охраняются всей системой правовых средств в любом государстве современного мира. Исключением не стала и российская Федерация. Жизнь провозглашена в Конституции Российской Федерации наивысшей ценностью. Посягательство на жизнь карается законом.

В настоящее время существуют некоторые проблемы при квалификации убийства по некоторым признакам части 2 статьи 105 УК РФ.

Остановимся на некоторых из них. Достаточно проблемной является квалификация убийства по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, т. е. убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного, находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека. Из всего этого признака определение беспомощного состояния составляет некоторые проблемы, а именно о проблеме вменения данного признака, связанного с отнесением сна и сильной степени алкогольного опьянения к обстоятельствам, свидетельствующим о беспомощном состоянии потерпевшего.

Ранее, до 1999 года данное состояние относилось к беспомощному, но с принятием Постановления Пленума Верховного Суда РФ 1999 г. высшие судебные инстанции существенно изменили понимание «беспомощного состояния» применительно к убийству, исключив сильную степень опьянения из числа обстоятельств, свидетельствующих об этом понятии.

Что же касается правовой оценки сна как беспомощного состояния лица, то в подобных следственных ситуациях следует исходить из позиции Верховного Суда РФ, в соответствии с которой такое состояние к числу обстоятельств, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, также не относится, поскольку сон является необходимым физиологическим состоянием человеческого организма. А в соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. неспособность защитить себя вызывается физическим или психическим состоянием. Указанная позиция, на наш взгляд, является наиболее предпочтительной, в полной мере оценивающей общественную опасность убийства лиц из числа наиболее незащищенных, имея в виду физическое или психическое состояние, категорий граждан.

Однако в юридической литературе имеются и противоположные точки зрения. Так, в работах таких авторов, как А. И. Коробеев, А. Попов, Д. Володин, лицо является беспомощным в состоянии сна или глубокого физиологического опьянения, т. к. лишено способности правильно воспринимать происходящее .

Иное разъяснение беспомощного состояния дано Пленумом Верховного Суда РФ в Постановлении от 15 июля 2004 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 УК РФ». Согласно данному постановлению, при правовой оценке обстоятельств совершения преступлений против половой свободы и неприкосновенности суды должны исходить из того, что беспомощным состоянием в таких случаях может быть признана такая степень опьянения, вызванного употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ, которая лишала это лицо, например потерпевшую женщину, возможности оказать сопротивление насильнику .

Некоторые сложности вызывает квалификация убийства матерью новорожденного ребенка. С принятием УК РФ в редакции 1996 г. произошло резкое и многократное увеличение убийств матерями своих новорожденных детей, диспозиция ст. 106 УК РФ, по-нашему мнению, нуждается в изменении.

Не умаляя значения принципа гуманизма в уголовном праве, полагаем, что привилегированное убийство матерью новорожденного ребенка должно остаться в УК РФ, но только при наличии обязательного признака, что убийство ребенка женщина совершает, находясь в особом психофизиологическом состоянии, вызванном родами, либо в условиях психотравмирующей ситуации. В остальных же случаях общественная опасность совершаемого матерью убийства повышается; следовательно, уголовная ответственность за такое убийство должна быть на одном уровне с любым другим квалифицированным убийством человека.

Новорожденный младенец — полноценный человек, его жизнь защищена законом, а закрепленная обсуждаемой нормой Уголовного кодекса привилегия матери на убийство своего ребенка является нелогичной, ориентирующей сознание людей на то, что появившийся на свет ребенок пока человеком еще не является.

Представляется целесообразным изменить диспозицию ст. 106 УК РФ и внести изменение в ст. 105 УК РФ. В описании деяния ст. 106 надлежало бы оставить убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу же после родов лишь в условиях психотравмирующей ситуации или в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости, сохранив неизменной санкцию за это деяние.

При отсутствии названных обстоятельств убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу же после родов должно квалифицироваться по ч. 2 ст.105 УК РФ, для чего следует внести это дополнение в пункт «в» названной статьи.

Литература:

3. Постановление Пленума Верховного суда РФ от 15 июля 2004 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 УК РФ» // Бюллетень ВС РФ. 2004. № 8.

4. Володин Д., Попов А. Сон и сильная степень опьянения как обстоятельства, свидетельствующие о беспомощном состоянии потерпевшего при убийстве // Уголовное право. 2002. № 3. С. 43–46.

5. Гармышев Я. В. Особенности установления оценочных понятий при квалификации отдельных видов преступлений // Российский следователь. 2015. № 19. С. 35–39.

6. Горбунова Н. А. Проблемные вопросы квалификации убийства с целью использования органов или тканей потерпевшего // Российское правосудие. 2015. № 5. С. 59–67.

7. Князев Д. С. Проблемы квалификации убийства матерью новорожденного ребенка и пути их преодоления // Российский следователь. 2010. № 16. С. 17–19.

9. Нешатаев В. Н., Векленко В. В. Понятие квалификации преступлений // Российский следователь. 2015. № 21. С. 26–29.

10. Ширшова А. О. Убийство в целях использования органов и тканей потерпевшего // Наука и современное общество: взаимодействие и развитие. 2015. № 1. С. 268.

П. ЯНИ
П. Яни, доктор юридических наук, профессор.
В еще действующем в данной редакции Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве» указывается, что по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК ответственность наступает за убийство двух или более лиц, если действия виновного охватывались единым умыслом и были совершены, как правило, одновременно.
Это положение помогало отграничивать такое убийство от убийства, совершенного неоднократно. Однако исключение Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. указания на неоднократность как на квалифицирующий признак убийства (п. «н» ч. 2 ст. 105 УК) породило вопрос о том, как квалифицировать несколько убийств, если они не охватывались единым умыслом.
Ряд криминалистов предположили, что для решения именно этой проблемы разработаны изменения, внесенные Федеральным законом РФ от 21 июля 2004 г. в ст. 17 УК. Теперь совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, ни за одно из которых лицо не было осуждено, за исключением случаев, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части УК в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание (по сравнению с наказанием за совершение одного преступления. — П.Я.).
Таким образом, поскольку в п. «а» ч. 2 ст. 105 УК в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание, предусмотрено убийство двух и более лиц, то совершение, скажем, двух убийств, казалось бы, не требует, исходя из приведенного правила, квалификации содеянного по совокупности. Тем не менее, по мнению ряда практиков, дополнение ст. 17 УК указанием на исключение из правила не устранило вопрос о том, следует ли при решении вопроса о квалификации деяний по совокупности принимать во внимание наличие либо, напротив, отсутствие единого умысла на убийство этих лиц.
«Разнесение» убийств двух и более лиц по пунктам ч. 2 ст. 105 УК до изменений, внесенных Федеральным законом от 8 декабря 2003 г., проводилось на основании учения о множественности преступлений. Совершено одно преступление (пусть убийство и нескольких лиц — тогда вменялся п. «а» ч. 2 ст. 105 УК) или несколько (тогда деяние квалифицировалось по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК), определялось в зависимости от установления наличия либо отсутствия единого умысла. То есть если говорить об убийстве двух лиц — требовалась доказанность возникновения у виновного желания причинить смерть второму человеку до окончания объективной стороны лишения жизни первой жертвы.
Догматический подход требует и ныне ссылаться при квалификации на соответствующее правило, из чего «вытекает» ограничение положения ст. 17 УК, введенного Федеральным законом от 21 июля 2004 г. Это ограничение состоит в том, что, даже учитывая нынешнюю редакцию данной нормы, совокупность исключена лишь тогда, когда убийство двух лиц охватывалось единым умыслом. В противном случае, т.е. при «разъединенном» умысле, содеянное в принципе нельзя признать одним преступлением.
Правда, до декабрьских изменений 2003 г. ч. 3 ст. 16 УК позволяла признать одним преступлением, охватываемым квалифицированным составом убийства, совершенного неоднократно, и несколько умышленных причинений смерти, не объединенных единым умыслом. Однако теперь признак неоднократности, как иногда говорят — «учтенной совокупности», из числа квалифицирующих это преступление обстоятельств исключен, равно как и в целом институт неоднократности. А это фактически означает победу точки зрения о невозможности признания одним преступлением деяний, разделенных «на уровне» умысла.
Строгое же толкование ст. 17 УК, напротив, заставляет признать, что два убийства, не охваченные единым умыслом, также должны квалифицироваться по п. «а» ч. 2 ст. 105. Но тогда получается, что квалифицирующий признак «убийство, совершенное неоднократно» фактически не исключен, а оказался «поглощенным» квалифицирующим признаком «убийство двух и более лиц».
Распространяется ли запрет вменения совокупности на случаи совершения посягательства на жизни двух человек — вне зависимости от того, охватывались ли они единым умыслом, — если одному из них удалось выжить? Выраженная в Постановлении от 27 января 1999 г. позиция Пленума Верховного Суда РФ состоит в том, что «убийство одного человека и покушение на убийство другого не может рассматриваться как оконченное преступление — убийство двух лиц. В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 и по ч. 3 ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК».
Соглашаясь с первым предложением из приведенной цитаты, можно возразить против второго. Поскольку убийство двух лиц образует оконченное преступление с квалифицированным составом и совокупность здесь исключена — теперь ввиду прямого указания в законе, — оценивать содеянное при недостижении преступного результата следует, строго говоря, не как совокупность покушения на убийство и оконченного убийства, а как покушение на совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105.
Однако в этом случае получится: если некто, допустим, из ревности, убил двоих, содеянное им квалифицируется по п. «а» ч. 2 ст. 105. Если же после этого замыслил убийство третьего, совершил действия, непосредственно направленные на лишение человека жизни, однако замысел по независящим от него обстоятельствам не реализовал, то п. «а» ч. 2 ст. 105 придется вменять со ссылкой на ст. 30 УК, что влечет, в частности, применение при назначении наказания ст. 66 УК (срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого наказания, предусмотренного за оконченное преступление). Вряд ли поэтому правоприменитель согласится с таким подходом. Скорее, он по-прежнему станет апеллировать к приведенным разъяснениям Пленума, содержащимся в Постановлении от 27 января 1999 г.
Новая редакция ст. 17 УК породила и другой вопрос: подразумевается ли в ней в качестве квалифицирующего обстоятельства совершение только тождественного преступления? Из текста нормы такое ограничение не следует. Значит, изменения все-таки вносились не только для разрешения затронутой выше проблемы, но и для иных случаев, вызывающих сложности при их уголовно-правовой оценке?
К числу таких случаев относится, по мнению ряда ученых, например профессора Э. Побегайло (см.: Уголовное право. 2004. N 4), совершение убийства, сопряженного с преступлениями, упомянутыми в различных пунктах ч. 2 ст. 105 УК: похищением человека, изнасилованием, вымогательством и др. Из такой оценки изменений ст. 17 УК следует, что совершение убийства и связанного с ним, допустим, захвата заложника требует теперь вменения посягателю только квалифицированного состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК, без совокупности со ст. 206 УК.
Однако, как правильно подчеркнул профессор Г. Борзенков на организованной кафедрой уголовного права юридического факультета МГУ дискуссии по поводу внесенных летом 2004 г. изменений в Уголовный кодекс, российское общество, особенно на фоне бесланской трагедии, вряд ли воспримет идею о непривлечении к уголовной ответственности за захват заложников лиц, затем их — заложников — убивших.
Но действительно ли распространяется, невзирая на замысел разработчиков изменений от 21 июля 2004 г., ст. 17 УК в своей нынешней редакции на случаи сопряженности — в терминологии законодателя — убийства и иных преступлений?
Для решения этой проблемы нужно ответить на вопрос: означает ли использование в рассматриваемой уголовно-правовой норме термина «сопряженность» то, что законодатель считает убийство с соответствующими квалифицирующими признаками составным преступлением, посягающим как на жизнь человека, так и на объекты, охраняемые ст. ст. 126, 131, 132, 162, 163, 206 и 209 УК?
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.04.1992 N 4 «О судебной практике по делам об изнасиловании» утратило силу в связи с изданием Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2004 N 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации». Отрицательный ответ на этот вопрос основан на содержащихся в различных постановлениях Пленума Верховного Суда РФ разъяснениях. Так, не только в упомянутом Постановлении от 27 января 1999 г., но и в Постановлениях от 4 мая 1990 г. «О судебной практике по делам о вымогательстве», от 22 апреля 1992 г. «О судебной практике по делам об изнасиловании», от 17 января 1997 г. «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» судам предлагается квалифицировать убийство, совершенное в сопряженности с соответствующими преступлениями, по совокупности преступлений.
Сопряженность в видении Верховного Суда в данном случае подразумевает как идеальную, так и реальную совокупность. Например, под убийством, сопряженным с изнасилованием, Пленум понимает убийство не только в процессе совершения указанного преступления, но и совершенное уже после выполнения объективной стороны изнасилования, например по мотивам мести за оказанное сопротивление. Но и даже в случаях, когда Верховный Суд рассматривает умышленное причинение смерти как следствие насилия, являющегося элементом объективной стороны деяния (вымогательства, разбоя и др.), он справедливо заключает, что убийство выходит за рамки этих деяний.
Поскольку же: а) жизнь человека, в отличие, скажем, от здоровья, не защищается от умышленного посягательства ст. ст. 126, 131 и т.д. и б) охраняемые этими статьями объекты не могут рассматриваться в качестве дополнительных в квалифицированных составах убийства, то из этого следует, что совершение изнасилования, вымогательства либо иных преступлений, о сопряженности убийства с которыми говорится в ч. 2 ст. 105 УК, не является — во всяком случае, с позиций Верховного Суда — обстоятельством, влекущим более строгое наказание.
Таким обстоятельством является не совершение этих преступлений, а именно сопряженность с ними убийства, связь умышленного причинения смерти с данными преступлениями. Такое «сопряженное» убийство законодатель считает более общественно опасным, нежели убийство простое, «несопряженное».
Некоторые ученые, например профессор Н. Кузнецова, полагают, что требование квалифицировать убийство по совокупности с бандитизмом, изнасилованием и т.д. означает нарушение принципа non bis in idem. Очевидно, Верховный Суд не усматривает такого нарушения, полагая, что за сопряженные с убийством преступления лицо справедливо несет самостоятельную ответственность, равно как и за «сопряженное» убийство.
Таким образом, соответствующими пунктами (за исключением п. «а») ч. 2 ст. 105 УК совершение иных, помимо убийства, преступлений в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание, не предусмотрено. Стало быть, установленное в ч. 1 ст. 17 исключение не распространяется на совершение убийств, сопряженных с преступлениями, названными в ч. 2 ст. 105 УК. А из этого следует, что в указанных случаях действия, как и предписано Пленумом Верховного Суда, подлежат квалификации по совокупности преступлений.
ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 21.07.2004 N 73-ФЗ
«О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»
(принят ГД ФС РФ 30.06.2004)
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 08.12.2003 N 162-ФЗ
«О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ И ДОПОЛНЕНИЙ В УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»
(принят ГД ФС РФ 21.11.2003)
«УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» от 13.06.1996 N 63-ФЗ
(принят ГД ФС РФ 24.05.1996)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2004 N 11
«О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ О ПРЕСТУПЛЕНИЯХ, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ СТАТЬЯМИ 131 И 132 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»
ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 N 1
«О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ ОБ УБИЙСТВЕ (СТ. 105 УК РФ)»
ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Верховного Суда РФ от 17.01.1997 N 1
«О ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА БАНДИТИЗМ»
ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Верховного Суда РФ от 22.04.1992 N 4
«О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ ОБ ИЗНАСИЛОВАНИИ»
ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Верховного Суда РФ от 04.05.1990 N 3
«О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ О ВЫМОГАТЕЛЬСТВЕ»
Законность, N 2, 2005

УБИЙСТВО, СОПРЯЖЕННОЕ С РАЗБОЕМ: ОДНО ПРЕСТУПЛЕНИЕ ИЛИ СОВОКУПНОСТЬ? «

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *